Продолжение повествования о Тринадцатом чуде Бога

© Дмитрий Логинов

Апостол Иоанн описания чуда этого не оставил.

А почему? Неужели единственный из всей четверки Евангелистов не видел, что трое остальных видели?

Уж усмирение бури-то на море любимым Учителем обязательно было бы описано Иоанном, коли б он стал свидетелем.

Неужто не было тогда Иоанна в лодке? Едва ли не было.

Скорее всего там именно и находился с учениками прочими Богослов, и однако… НЕ СПАЛ для Иоанна Христос! Все остальные видели Учителя спящим, и только для своего последователя любимого Исус — БОДРСТВОВАЛ.

(продолжение о чуде Христа 13)

В развертывании действа, приведшего к свершению сего чуда, ИНОСКАЗАНИЕ так и чуется! Только представь себе: удар ветра… волны швыряют лодку… да вот уж и захлестывают ее почти, а Он — СПИТ?!

Расклад подобный напоминает классическую завязку ПРИТЧИ.

Конечно не в смысле вовсе, будто рассказ о чуде 13 — лишь аллегория. Написанное в Евангелиях никогда не есть исключительно только притча: оно реально передает в точности, как было на самом деле.

Но не забудем притом и о БОГОВДОХНОВЕННОСТИ святого Писания. Именно она ему сообщает… особый лад. Посредством коего не всего лишь доносится ход событий, но и — одновременно — в нем означается символьный (ключевой) свершающегося смысл.

(фигура с трубой и крыльями)

© Дмитрий Логинов

…Есть и еще весьма значимый смысловой уровень иконописной символики чуда об усмирении бури (13-е чудо Христа). Икона показывает этот аспект в полный рост (в прямом смысле слова).

Вот он. Фигура с трубой и крыльями.

Серая, едва заметная, блеклая. Но представлявшая лодке Христа угрозу весьма серьезную, переполошив на борту корабля и смутив учеников почти всех!

Зловещий сей персонаж являет собой персонализацию моря бурного. Он есть дух шторма, дующий-воющий в гибельную трубу. (Трубами иудейскими, сказать кстати, разрушен был город Иерихон при штурме его евреями. Город иевусейский наидревнейший, хранивший скифскую веру и верность чину Мелхиседекову.)

© Дмитрий Логинов

В Евангелии от Марка рассказывает об усмирении бури на море глава четвертая:

35 Вечером того дня сказал им: переправимся на ту сторону.

36 И они, отпустив народ, взяли Его с собой, как Он был в лодке; с Ним были и другие лодки.

37 И поднялась великая буря; волны били в лодку, так что она уже наполнялась водой.

38 А Он спал на корме на возглавии. Его будят и говорят Ему: Учитель! неужели Тебе нужды нет, что мы погибаем?

39 И, встав, Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань. И ветер утих, и сделалась великая тишина.

40 И сказал им: что вы так боязливы? как у вас нет веры?

41 И убоялись великим страхом и говорили между собой: кто же Это, что и ветер и море повинуются Ему?

(Мк 4: 35—41)

Об этом чуде беседовал со мной мой Учитель Тихон Арконов.

Чудо об укрощении бури есть море целое переносных смыслов! — говорил он. — Однако есть и прямой. Очевидное: Богочеловек являет могущество, для человеков немыслимое! И сразу тем обнаруживается божественная природа Его пред взором учеников. Ведь грозные стихии слушаются Его! А не могут они ослушаться Кого лишь?

© Дмитрий Логинов, статья является более развернутым вариантом одной из глав книги ГЛУБИНЫ РУССКОЙ ИСТОРИИ

Первоисточники о Гиперборее — тема неисчерпаемая. Скажем лишь о наиболее известных древнерусских письменных.